+7 (499) 938-69-47  Москва

+7 (812) 467-45-73  Санкт-Петербург

8 (800) 511-49-68  Остальные регионы

Бесплатная консультация с юристом!

Ребенок умер в роддоме

По факту смерти младенца в городском роддоме №2 прокуратура возбудила уголовное дело

— Когда я узнал, что Наталья беременна, стал относиться к ней, как к ребенку, — рассказывает муж Натальи Варфоломеевой Володя

— Подарки покупал, в холодильнике всегда был полный ассортимент фруктов. Потом сразу купили ей шубу, о которой она так долго мечтала. Ремонт начали делать капитальный. Подготовили детскую, обклеили ее обоями розовыми с мишками. В тот день, когда Наталья рожала, уже договаривался о покупке детской коляски. А пришлось гробик покупать.

В конце февраля в городском роддоме во время родов умер ребенок. Его мать Наталья Варфоломеева проходила всю беременность без осложнений, и ребенок также был здоров. Женщина не смогла самостоятельно родить, так как плечики малыша были больше головки. Из-за недостатка кислорода малыш погиб. Медики говорят, что у роженицы было редкое осложнение, и считают, что сделали все возможное. Родители младенца Владимир и Наталья Варфоломеевы во всем винят врачей. Отец ребенка подал заявление в прокуратуру Октябрьского района.

— Возбуждено уголовное дело по статье 109 ч.2 , — сообщил зампрокурора Леонид Хорышев.

Наталья Варфоломеева не могла забеременеть на протяжении восьми лет. Обращалась к врачам, которые патологий не выявили и говорили, что дети у нее будут. И вот чудо произошло. В тот день Наталья попросила мужа Володю купить ей тест на беременность в надежде, что, может, у него легкая рука. Вечером Володя с порога сразу спросил, как результат. Улыбаясь, Наталья сказала: . Володя от неожиданности стоял несколько минут молча. Потом подбежал к Наталье, схватил ее на руки и поцеловал. С этого дня он стал работать за десятерых, стараясь, чтобы жена и их будущий ребенок ни в чем не нуждались. Когда пришло время рожать, Наталья отправилась к врачу, которая ее наблюдала, и получила справку о госпитализации в роддом.

— С начала поступления в роддом ничто не предвещало беды, — вспоминает Наталья, с трудом сдерживая слезы. В разговоре она делает большие паузы, глубоко вдыхает и пытается восстановить голос, который все время дрожит. — Меня увезли в родильный зал. Головку я родила, но потом прекратились потуги, и семь минут ребенок жил, а принимавшие роды врач и акушерки ничего не предприняли, чтобы спасти его жизнь.

Наталья считает, что медики не сделали главного — рассечения. Эта операция, уверена женщина, помогла бы родиться крупному ребенку, вес которого был 4100 и рост 55 см.

Главный врач роддома Анатолий Дмитриев говорит, что полный объем работ при таком осложнении, который называется , был оказан, кроме рассечения промежности. Это осложнение очень трудно диагностируется, и узнать о нем можно только в момент завершения родов. По статистике в таких случаях 50 процентов детей погибают. Головка у ребенка родилась, он должен начинать самостоятельно дышать, а его грудная клетка и плечики находятся в самой узкой части таза. Младенец не может сделать дыхательных движений и погибает от удушья, объяснил врач.

Главврач утверждает, что при родах присутствовала вся дежурная бригада: один врач, два акушера-гинеколога, два неонатолога.

— То есть никто не стоял сложа руки, врачи пытались сделать все возможное, — рассказывает Анатолий Валерьевич.

После признания факта о том, что ребенок умер, врачи начали утверждать, что в любом случае исход был бы неминуем, рассказывает Наталья. Чтобы выяснить причину смерти, плаценту отправили в Республиканское патологоанатомическое бюро, которое занимается исследованием. По словам Анатолия Дмитриева, результат анализа показал, что ребенок погиб от гипоксии (то есть недостатка кислорода).

— Сейчас идут следственные действия, проводятся необходимые экспертизы по возбужденному уголовному делу, — комментирует Леонид Хорышев, зампрокурора Октябрьского района.

Случай, произошедший с Натальей, разбирался всем врачебным коллективом. Врач, принимавшая эти роды, прошла курс по ситуации, с которой столкнулась и которую не смогла взять под контроль.

— Я хочу сказать, что врач не бог, не машина. Процент врачебной ошибки был, есть и будет. Конечно, надо стремиться к тому, чтобы их не было, — говорит главврач.

В городском роддоме процент смертности детей при родах низкий по сравнению с общероссийскими показателями. По данным 2004 года, он равен 1,4 промилле (промилле — число детей, умерших при родах, на тысячу рожденных, живых и мертвых).

Первые дни после родов Наталья прожила с глубоким чувством вины за произошедшее, помня небрежно брошенную фразу медперсонала . Только потом, восстанавливая события вместе с родственниками, поняла, что напрасно обвиняла себя в случившемся.

Врачи женской консультации, где сейчас проходит курс лечения Наталья Варфоломеева, уверяют, что со здоровьем у нее все в порядке и дети еще будут. А Наталья ищет ответа, почему трагедия произошла именно с ее ребенком, в книгах и верит, что она обязательно станет матерью.

Содержание

Это интересно:  Инвентаризация при смене руководителя

Мой сын не шевелился, только стонал». В 4-м роддоме умер новорожденный

В Городском перинатальном центре умер новорожденный мальчик. Роженица — Надежда Богданова была беременна двойней. Девочку она родила благополучно. А вот мальчик получил, по ее словам, родовую травму, после которой и скончался.

Богданова рассказала Kaktus.media, как все произошло. В ночь с 28 на 29 октября она поступила в 4-й родильный дом на 31-й неделе.

«Мне ничего не объяснили. Наутро пришла моя свекровь. Диагноз ребенка озвучили ей. Примерно дня три ребенок находился в роддоме. Он не двигался, не шевелился, ни на что не реагировал, только стонал и хрипел. Левая сторона грудной клетки была полностью вдавлена. Там даже было видно ямку. Спустя три дня нас пригласили врачи и сказали, что малыша обследовали, сделали УЗИ внутренних органов, показали снимок, что у сына большая часть легких не разработана, а все органы смещены в левую сторону», — далее рассказала Богданова.

Затем, как отметила роженица, врачи сказали, что ребенка необходимо перевезти в 3-ю детскую больницу, где есть компетентные специалисты, которые помогут нормализовать состояние малыша.

«Они не стали ждать ни секунды. Ребенка перевезли в третью детскую. Моя свояченица держала малыша, когда делали рентген. Несмотря на то что у нее были холодные руки, сын это не почувствовал. Он просто не реагировал на это. Врачи отмечали: они не могут дать гарантии, что ребенок будет жить. И что даже если выживет, то никогда не сможет подняться и заговорить. В три часа ночи нам позвонили и сказали, что у сына остановилось сердце. Наутро мои родственники поехали забирать тело малыша, и тот врач, который должен был выдать сына, предложил сделать вскрытие. Они согласились. В устной форме сказали, что никакой инфекции у малыша не было, зато была послеродовая травма, поврежден позвоночник. Результат экспертизы будет готов через месяц», — добавила Богданова.

Врачи роддома, по словам роженицы, травму опровергают.

Свекровь Богдановой Елизавета Багирова при воспоминании о том, как выглядел ребенок, не может сдержать слез: «Я поднялась в детское отделение роддома. Девочка лежала молча. Мальчик стонал. Они были в распашонках, в штанишках. Просто были стоны. Врачи сказали, что у мальчика инфекция, что он тяжелый, у него порок сердца, не в порядке с головкой. На рентгене все органы были сдвинуты в левую сторону. Потом уже в третьей детской нам сказали, что ребенка назад мы не довезем, он просто умрет. Везли мы малыша туда на аппарате искусственного дыхания».

Свояченица Богдановой Сауле Бейсембина рассказала, что вскрытие ребенка предложили сделать, чтобы понять, какая инфекция могла быть у матери, чтобы вылечить и избежать ее во время последующих беременностей.

«Я ждала результат. Тут пришла патологоанатом и сказала, что не видит никакой инфекции, но при родах у ребенка переломан позвоночник, из-за этого вовнутрь провалилась грудная клетка. Результаты покажут, есть наличие инфекции или нет», — заключила она.

«Я не могу говорить, я на совещании. Заместитель тоже на совещании», — прокомментировала Kaktus.media главный врач медучреждения Бурул Алмазбекова.

. По данным Департамента здравоохранения Бишкека, о данном случае им известно. В роддоме настаивают, что у матери мальчика была инфекция, к тому же ребенок родился недоношенным.

Шокирующая смерть младенца в роддоме

В Челябинской области прокуратура выясняет обстоятельства смерти младенца. В больнице Верхнего Уфалея женщину на месяце беременности с осложнениями оставили рожать одну. Появившегося на свет ребенка медсестра сочла умершим. Когда выяснилась ошибка, мальчика положили в реанимацию, но спасти его не удалось.

В Челябинской области прокуратура выясняет обстоятельства смерти младенца. В больнице Верхнего Уфалея женщину на месяце беременности с осложнениями оставили рожать одну. Ребенка, который появился на свет, медсестра сочла умершим.

Когда выяснилась ошибка, мальчика положили в реанимацию, но спасти его не удалось. Теперь следователи должны определить, все ли сделали врачи для его спасения. Из Верхнего Уфалея передает корреспондент НТВ Инна Осипова.

Новорожденного ребенка Светланы Урасовой медики местного роддома объявили мертвым еще при жизни и предложили похоронить, а молодую маму отправили на лечение в областную больницу.

День появления долгожданного ребенка стал для Светы самым страшным днем в ее жизни. В роддом она приехала на шестом месяце беременности по совету участкового гинеколога, так как девушку мучили сильные боли внизу живота.

Врачи после нескольких часов наблюдения сказали, что сохранить беременность невозможно, поэтому отправили женщину в палату рожать самостоятельно.

Светлана Урасова: «В палате я была одна. Ни больных, ни врачей со мной рядом не было вообще. В процессе родов я даже не смогла крикнуть. Только когда ребенок появился на свет, я позвала на помощь.

К кровати подошла медсестра, сообщила, что ребенок мертв, взяла пакет обуви и положила туда моего сына. На послеродовой процедуре мне неоднократно повторили, что ребенок родился мертвым».

Это интересно:  Можно ли нежилое помещение перевести в жилое

Прокуратура выясняет, когда именно медики диагностировали смерть младенца. Проводится тщательная проверка.

Максим Новгородцев, заместитель начальника следственного отдела прокуратуры г. Верхний Уфалей: «Первичных признаков жизни медсестра не увидела, поэтому решила передать младенца родителям для захоронения. И только потом ребенок ожил».

Малыш оповестил всех о том, что он все еще жив, когда его в пакете обуви передавали матери с отцом.

Светлана Урасова: «Мне вручили пакет, и вдруг из него раздался детский плач. Я испугалась, поставила пакет на скамейку и не знала, что делать. Я была в шоке и просто разрыдалась».

Родители уговорили врачей положить ребенка в реанимацию. Мальчик боролся за жизнь еще два дня. В роддоме Верхнего Уфалея уже провели свое служебное расследование этого инцидента.

Результатам проверки стало решение о дисциплинарной ответственности медицинского персонала. Проще говоря, медсестра и дежурный врач получили выговоры.

По словам главного врача больницы, в гибели виноваты сами родители, которые халатно отнеслись к беременности. Медик утверждает, что молодая мама поздно встала на учет, а спасти новорожденного оказалось невозможно. Доктора согласны в том, что нарушили этические нормы и поспешили передать младенца на захоронение.

Анна Стародумова, главный врач центральной городской больницы г. Верхний Уфалей: «Нельзя не учитывать состояние пациентов, нужно щадить их психику. У Светланы родился нежизнеспособный плод. Об этом говорят и параметры, и вес. Изначально не было ни дыхания, ни шевелений. Потом уже младенец оклемался. Видимо, он согрелся, когда его пленкой накрыли».

Однако мама утверждает, что вес ребенка при рождении был 600 граммов, а не 460. Таких детей в Челябинской области выхаживают. На учет Светлана встала в 8 недель, поскольку очень давно хотела забеременеть.

Правоохранительные органы сейчас выясняют, можно ли было спасти ребенка. В этом году в городе зафиксированы еще два шокирующих случая — гибель женщины после родов в марте и смерть новорожденного в сентябре. Родные погибших также считают, что их близким не была оказана необходимая медицинская помощь.

В областном роддоме умерли роженица и ребенок

В конце ноября одна за другой ушли из жизни, так и не испытав счастья материнства, две молодые женщины — пациентки Перинатального центра областной клинической больницы № 1.
Врачей роддома и женской консультации родственники умерших подозревают в ненадлежащем исполнении своих профессиональных обязанностей. В цепочке трагических событий попытался разобраться корреспондент «МГ».

В конце осени все мы беспокоились за здоровье молодой мамы Екатерины Петраковой, что боролась за жизнь долгих два месяца и 21 ноября скончалась. Трагедия никого не оставила равнодушным. Семья осиротела — отец вынужден один воспитывать двоих детей. Многие тогда задавались вопросом: как могла погибнуть при родах здоровая женщина, которой врачи поставили диагноз «сепсис» — заражение крови?
А тем временем в том же родильном отделении областной клинической больницы 22 ноября в муках умирала другая женщина — Светлана Самарцева -, пережив своего новорожденного ребенка всего на несколько часов. Ей было 34 года. Женщине поставили тот же диагноз — «сепсис».
Мы встретились с семьей Самарцевых после похорон Светланы.

Вернуть невозможно
Аандрей Самарцев, муж погибшей Светланы, старался держаться изо всех сил, чтобы не дать волю слезам. его серое, осунувшееся лицо светлело лишь тогда, когда он вспоминал жену еще живой.

— У нас была любовь с первого взгляда. 10 лет назад, когда мы познакомились, она взяла меня за руку и сказала: «пошли…». С тех пор мы больше никогда не расставались, — говорит Андрей.

На новый 2017 год Самарцевы возлагали большие надежды.

— Этот год должен был стать для нас самым счастливым, — продолжает Андрей. – Мы купили квартиру. Десять лет должно исполниться нашему первенцу-сыну. Мы планировали отпраздновать юбилей свадьбы и с нетерпением ждали пополнения — рождение дочки.

Всю беременность Андрей старался не отходить от своей жены, следил за ее здоровьем. Светлана, сама акушерка по образованию, работавшая в городской поликлинике № 1 на ул. Гагарина, соблюдала все предписания врачей.

— За день до трагедии ребенок и жена были еще живы и здоровы, — рассказывает Андрей. –Это теперь единственное, что я знаю наверняка.

Уехала умирать
СветланаСамарцева была на седьмом месяце беременности. До декретного отпуска оставалась пара недель. 22 ноября она находилась на дневном стационаре. Женщина почувствовала себя плохо, но больше всего была обеспокоена тем, что ребенок проявляет меньшую, чем обычно, активность.

Коллеги по работе прослушали сердцебиение малыша, назначили укол и в обед отпустили мамочку домой. Вечером того же дня у Светланы поднялась температура до 38 градусов, открылось кровотечение.

— Я метался по дому от волнения, а она была спокойна, вызвала «скорую», собралась сама, — вспоминает Андрей.

Через полчаса после отъезда жены на «скорой» супруг стал писать ей эсэмэс одно за другим. Ответа не было. Еле дождавшись утра, он позвонил. Трубку никто не брал, а затем абонент и вовсе стал не доступен. Тогда Андрей принялся атаковать телефон приемного покоя.

Это интересно:  Каким должен быть полицейский

— Приезжайте. По телефону мы такое не сообщаем, — прозвучал сухой женский голос уже ближе к обеду.

— Когда я примчался в роддом, мне сообщили, что ребенок мертв, – рассказывает Андрей. – Меня привели в палату к жене. Такой Свету я еще не видел: вся желтая, отовсюду трубки торчат, губы изорваны. Мне сказали, что она потеряла много крови, состояние ее тяжелое, но стабильное. Позже сообщили, что ее переводят в другое отделение для очищения крови.

До вечера 24 числа супруг пытался выяснить, где его жена и в каком состоянии.

— В 11 часу вечера мне позвонили: «Ваша жена умерла в 22.00». Я задавал тогда много вопросов, но убил меня ответ: «А что вы хотели? Она уже приехала обреченная на смерть», — говорит Андрей.

Где правда?
После смерти матери и ребенка прошло три недели, однако медики до сих пор не говорят убитому горем отцу и мужу ни подробностей, ни причин смерти любимых.

— Я слышу только скомканные объяснения и фразу: «Это медицинская тайна». От кого тайна?! – спрашивает Андрей.

Мы подключились к расследованию Андрея Самарцева. Вместе несколько дней обивали пороги медучреждений. Правда оказалась спрятанной за семью амбарными замками. Все, как под копирку, твердят: «Ведутся следственные и проверочные действия по факту, до их окончания мы не имеем права ничего говорить».

— Боятся, — считает Андрей. – Такое впечатление — следы заметают.

Тогда мы решились пойти ва-банк и разведать всё неофициально, и здесь перед нами открылся просто кладезь информации. По понятным причинам имена и должности людей, «сливших» нам информацию, мы называть не будем: они боятся увольнения.

По собранным нами данным, версий причин и обстоятельств смерти несколько.

Первая версия. Женщина поступила в родильное отделение в тяжелом состоянии и практически сразу родила сама. Ребенок еще какое-то время жил. У роженицы открылось кровотечение, в результате удалили матку. Женщину ввели в медикаментозный сон. Спасти её не удалось.

Вторая версия. Ребенок умер в утробе, удушившись пуповиной, и к моменту родов уже начал разлагаться, из-за чего у матери началось заражение крови.

Третья версия. Ребенок умер из-за попавшей в околоплодные воды инфекции. В процессе родов эта же инфекция попала в кровь матери. Начался сепсис.

Все три версии базируются на том, что беременность протекала с осложнениями на фоне угрозы прерывания. Из официального: «…Во время беременности медицинская помощь оказывалась на амбулаторном этапе, а также в условиях дневного и круглосуточного стационаров…».

В морге же, где вскрывали тела матери и ребенка, нам шепнули, что случай не единственный, просто на этот раз подняли шумиху. Более того, теперь мужья Екатерины Петраковой и Светланы Самарцевой решили объединиться, чтобы вместе добиваться справедливости.

А теперь факты. Погибшая Светлана была медиком. Это ее вторая беременность, запланированная и желанная, потому женщина соблюдала все указания. Коллеги по работе говорят, что в тот злополучный день она жаловалась, что «живот словно набит гвоздями», однако врач дневного стационара почему-то не отправил ее в срочном порядке в больницу, а назначил укол и отпустил домой. В самом же роддоме уверяют, что при прослушивании сердцебиения ребенка врачи стационара перепутали тахикардию матери с ритмом плода. В то же время в заключении о вскрытии младенца значится, что ребенок умер за 12 часов до рождения. Отец утверждает, что до 22 ноября ребенок еще подавал признаки жизни. Получается, что всё же не перепутали, при желании можно было бы спасти и мать, и ребенка?

При этом заглянуть даже краем глаза в медицинскую карту роженицы ни в женской консультации, ни в роддоме нам так и не удалось. Не удалось заполучить даже копию. Вопрос: почему скрывают?

Одни вопросы
В истории смерти Светланы Самарцевой и ее дочери, как и в гибели Екатерины Петраковой, вопросов больше, чем ответов. Неужели в XXI веке такое возможно? Может, всё дело не в оснащении наших суперсовременных перинатальных центров, а всё же в кадрах — в их человечности и профессионализме?

Оправдания врачей, что, мол, роддом специализируется на самых сложных случаях и патологиях, потому столь высокие показатели смертности, звучат как-то цинично.

Так что и строящийся на ул. Радищева Перинатальный центр, который так рекламируют, говоря о его суперспецификации на самых сложных случаях, тоже будет прикрывать смерти статистикой?

Кажется, самое время подумать не только о продолжительности жизни, но и о ее воспроизведении, чтобы надписи на женских консультациях «Здоровый малыш – счастливая мама» перестали быть просто лозунгами.

Статья написана по материалам сайтов: kaktus.media, www.ntv.ru, ulpressa.ru.

»

Помогла статья? Оцените её
1 Star2 Stars3 Stars4 Stars5 Stars
Загрузка...
Добавить комментарий

Adblock detector